Traducción e introducción: Macarena Carvajal Lloréns
Con la colaboración de: Tatiana Gritzai Bielova
Año: 2001
Vladimir Nabokov escribió poesía en lengua rusa desde su adolescencia hasta casi el final de sus días. Es cierto que su poesía se ha visto ensombrecida por la grandiosidad de su prosa, sin embargo, los poemas de Nabokov han superado la prueba del tiempo y se nos presentan en la actualidad vivos, llenos de fuerza y de atractivo, son el reflejo de su vida. Nos trasmiten sus recuerdos, sus desengaños, sus desprecios y sus amores. En casi todos sus versos, el poeta va distribuyendo afectos y emociones, hasta que todo ello deja de ser suyo y pasa a ser propiedad del lector.
Lo mas significativo de su poesía es que, en cada uno de sus poemas, Nabokov ha dejado un jirón de su "rodina" - un roblecillo, el color de la tierra bajo los arces, el susurro del viento en los bosques de abedules -. como el mismo reconoce "debido a la extremada lejanía de Rusia, la nostalgia ha sido una constante y loca compañera a lo largo de mi vida". Vivió siempre con la esperanza de que se produjera el encuentro entre su poesía y su país.
Lo mas significativo de su poesía es que, en cada uno de sus poemas, Nabokov ha dejado un jirón de su "rodina" - un roblecillo, el color de la tierra bajo los arces, el susurro del viento en los bosques de abedules -. como el mismo reconoce "debido a la extremada lejanía de Rusia, la nostalgia ha sido una constante y loca compañera a lo largo de mi vida". Vivió siempre con la esperanza de que se produjera el encuentro entre su poesía y su país.
(Extracto de la introducción a éste libro de Macarena Carvajal Lloréns)
Россия
Не все ли равно мне, рабой ли, наемницей
иль просто безумной тебя назовут?
Ты светишь... Взгляну - и мне счастие вспомнится.
Да, эти лучи не зайдут.
Ты в страсти моей и в страданьях торжественных,
и в женском медлительном взгляде была.
В полях озаренных, холодных и девственных,
цветком голубым ты цвела.
Ты осень водила по рощам заплаканным,
весной целовала ресницы мои.
Ты в душных церквах повторяла за дьяконом
слепые слова ектеньи.
Ты летом за нивой звенела зарницами,
в день зимний я в инее видел твой лик.
Ты ночью склонялась со мной над страницами
властительных, песенных книг.
Была ты и будешь. Таинственно создан я
из блеска и дымки твоих облаков.
Когда надо мною ночь плещется звездная,
я слышу твой реющий зов.
Ты - в сердце, Россия. Ты - цепь и подножие,
ты - в ропоте крови, в смятенье мечты.
И мне ли плутать в этот век бездорожия?
Мне светишь по-прежнему ты.
5 марта 1919, Крым
Rusia
Qué me importa si te llaman esclava,
mercenaria o simplemente loca?
Brillas…. Y al mirarte recuerdo la felicidad.
Estos rayos no se ocultarán
Estabas en mi pasión, en los solemnes sufrimientos,
y en las pausadas miradas femeninas.
En los campos iluminados, fríos y virginales,
nacías con el azul de las flores.
En otoño acompañabas a los llorosos bosquecillos,
en la primavera besabas mis pestañas.
En las sofocantes iglesias repetías con el diácono
las vacías palabras del oficio
En verano, deslumbrabas con los relámpagos tras los trigales,
en invierno yo veía tu imagen en la escarcha.
Por las noches te inclinabas conmigo sobre las páginas
de los poderosos y musicales libros.
Fuiste y serás. Misteriosamente he sido creado
del brillo y de la bruma de tus nubes.
Cuando la noche sobre mí se baña en estrellas,
escucho tu flameante llamada.
Tú , Rusia, en el corazón. Tú meta y salida,
tú , en el murmullo de la sangre, en los sueños confusos.
Y si vago en este siglo sin caminos?
Todavía eres mi luz.
Crimea, 5 de Marzo 1919
Бабочки Владимира Набокова
В.Набоков, из интервью Альфреду Аппелю, 1966 г.
Что такое бабочки Владимира Набокова? Это и коллекции бабочек, собранные писателем, которые сейчас хранятся в нескольких музеях мира; это и бабочки, появляющиеся в каждом из художественных текстов, автором которых был Набоков-писатель (исследователи насчитали 570 таких упоминаний); это и трогательно-невзрачные голубянки – бабочки Lycaenides, которых изучал под микроскопом Набоков-энтомолог; это и более двадцати видов бабочек, которых современные энтомологи назвали именами его литературных персонажей.
«Нет, бытие – не зыбкая загадка!
Подлунный дол и ясен и росист,
Мы – гусеницы ангелов; и сладко
Вгрызаться с краю в нежный лист.
Рядись в шипы, ползи, сгибайся, крепни,
И чем жадней твой ход зеленый был,
Тем бархатистей и великолепней
Хвосты освобожденных крыл».
«Нет, бытие – не зыбкая загадка!
Подлунный дол и ясен и росист,
Мы – гусеницы ангелов; и сладко
Вгрызаться с краю в нежный лист.
Рядись в шипы, ползи, сгибайся, крепни,
И чем жадней твой ход зеленый был,
Тем бархатистей и великолепней
Хвосты освобожденных крыл».
Комментариев нет:
Отправить комментарий